Врио Игорь Кобзев испугался или хочет в Москву?

Ну по-другому и не скажешь. Иначе зачем вот это все? Ну или назвать новый взгляд стоило бы так «Врио Кобзев не хочет быть губернатором и делает всё, чтобы проиграть».

В том, что Кобзев не сможет правильно собрать подписи, не сомневался, пожалуй, никто. Так же не было сомнений, что правильно собрать все необходимые подписи не сможет и Юмашев. Ну просто, потому что это невозможно. Невозможно. В ведре самой отборной байкальской клубники всегда можно найти пару гнилых ягод, в кедровой шишке пару пустых орешков, как и в сагудае — не без косточек.

Правила оформления подписного листа – бесчеловечны для самовыдвиженцев. Как, впрочем, и для членов избирательных комиссий.

То что Кобзева никогда не снимут по подписям, будь хоть все десять тысяч восемьсот неправильные, не сомневался никто, и многие верили, что Юмашева зарегистрируют даже при условии, что у него целая половина неправильных. Ну по той простой логике, что, если у Кобзева неправильные подписи и его регистрируют, значит и всех других у кого неправильные, должны регистрировать. Ну, так сказать, по правилам беспредела. Однако все забыли про двойные стандарты. Все, кроме избирательной комиссии и Кобзева.

Мне иногда кажется, ну вот честно, что где-то на горушке сидит мужичок с хитрыми и добрыми глазами (не обязательно Бог) и смотрит на всё, что происходит в области (онли политические процессы) ухмыляется, иногда хмурит брови, цокает, улыбается и приговаривает «Ну давайте тогда я сам, раз вы такие тормоза».

И вот каждый раз после этих слов происходят необъяснимые логике вещи:

«Единая Россия» заявляет о поддержке врио. Кобзев отказывается встречаться с представителями малого и среднего бизнеса, в отставку уходит и трудоустраивается в «сером доме» Бунев, город завешивают баннерами врио, минстрой в полном составе отправляют в Тулун, на врио работает ИМА, в Листвянке школьницы с газетками в руках поддерживают Кобзева и, как вишенка на торте, избирком не регистрирует Юмашева.

Может, этот дедушка на горушке — джин? Потому что в эту кампанию без джина было бы трудно. Или джин — это Юмашев. Если так, то избирком и врио Кобзев выпустили его на волю, не успев загадать свои желания. Если конечно, все три желания не были связаны с возвращением в Москву.

P.S. У Юмашева очень красивый и умный юрист, не уступает в этом ей и заместитель председателя областной избирательной комиссии. Я многих лично знаю в избиркоме и уважаю. После недавних событий уважения не стало меньше, но осадочек остался. Хочется верить, что у них тоже, и еще очень хочется верить, что в ночь с 13 на 14 сентября в сером доме не выключат свет.