Ливень по имени Игорь

Чем хороший руководитель отличается от врио Кобзева? Хороший в любой ситуации берет ответственность на себя и закрывает от удара своих подчиненных, ну а врио Кобзев отправляет минстрой в Тулун в полном составе и пытается на этом поднять себе рейтинг.

Не хотел переходить в формат жесткой критики врио, думал усилиться ближе к финалу избирательной кампании – ну есть же свои законы в каждом жанре, но проснулся утром, прочитал весь бред, который льет штаб Кобзева и который несет он сам, и понял, что мягко уже не могу, да и не буду впредь.

Было это в канун Нового года. Врио заявил федеральным СМИ, что встречать Новый год будет в Тулуне. Я как ушлый чиновник-руководитель, желавший спасти свою должность и зарплату, сразу решил: с кем Новый год встретишь, с тем его и проведешь. Поэтому сразу успокоил девчонок, типа отмечайте дома, в Тулун на Новый год еду я. Меня поддержал Денис, и мы решили ехать вдвоем.

Ну есть же особый привкус от такого вот самопожертвования – вроде мелочь, но ты герой в их глазах. Ну хотя бы пару минут. Хотя бы в формате «спасибо» или смайлика с поцелуем в щечку. Да, кажется, так тогда мне девчонки и ответили.

А потом все пошло не по плану. Точнее, по плану врио. Утром за пару дней до Нового года он собрал всю пресс-службу, чтобы познакомиться (отмечу, мы были первым управлением в аппарате, с которым он решил познакомиться) и назначил трех человек, которые будут отмечать с ним праздник в Тулуне. На мои интеллигентные и неуверенные предложения поехать вместо сотрудниц, врио сказал, «зачем ты мне нужен в Новый год в Тулуне, я лучше с ними отмечу». Кстати, в Тулун 31 декабря уехали почти все министры, правда, вечером их отпустили в Иркутск. Пресс-службу нет.

Вот так – я не стал героем, не встретил Новый год с Кобзевым и не сохранил свою должность.

Да и слава Богу!

Это был первый звоночек, чтобы понять, врио – не мой человек. Не тот руководитель, за которым пойдешь до конца. Потом было еще несколько звонков. Но о них в следующий раз.

А теперь о том, чем отличается врио генерал-полковник Кобзев от вице-адмирала Меняйло. В принципе, ничем. Правда, один почти всю жизнь отдал флоту, а другой карьере. Рассказы о тушении Воронежской области, когда она чуть не сгорела до тла, не считаются.

Искать «стрелочника» – похоже чисто военная фишка. Однажды по результатам учений таким «стрелочником» сделали моего отца – командира поезда связи — и отправили дослуживать в заштатную часть.

Полпред уже не закрывает глаза на провал спецоперации по спасению Тулуна? Ну потому что, вроде как, Путина ждут, и если промолчать, а Путин приедет и ничего не увидит, то прилетит и Меняйло и Кобзеву.

Но стоит отдать должное вице-адмиралу, который не стал прилюдно отчитывать врио Кобзева перед своими солдатами. На то он и руководитель, в отличие от Игоря Иваныча, который вот уже как почти восемь месяцев публично ищет виновных в саботаже – виноваты все: строители, минстрой, бывший губернатор, советник Кинаш, телеграмм-каналы, которые его критикуют и даже те подростки, которые сожгли аварийную школу в Тулуне.

И о Тулуне. Сегодня пиарщики врио запустили новость о героической спасательной операции в Иркутске по откачке воды с улиц города. Из рассказов СМИ врио вел себя геройски, ездил по городу, здоровался с людьми, задавал спасателям вопросы, вел репортажи в инстаграмме, фотографировался. И в итоге спас город. Спасибо.

Зачем в этой прекрасной истории пиарщики и соответственно сам Игорь Иваныч, как главный заказчик, вспомнили Левченко, мне до сих пор непонятно. Главный конкурент Кобзева — Щапов и жители Иркутской области.

Кстати, в Тулуне Левченко жил больше трех месяцев, выезжая в Иркутск только к воскресенью на встречу с журналистами. Об этом знают все. За исключением врио и его команды. Сколько раз был врио в Тулуне? Пять или шесть.

Ну и по факту сделано Левченко в зоне паводка в разы больше, чем Кобзевым. Точнее, последним не сделано ничего. Поэтому он и решил отправить в Тулун весь минстрой. Просто вершина управленческой мысли и логики. Похожее было еще один раз в декабре, на той же встрече с пресс-службой, когда в завершении встречи я спросил Игоря Иваныча, а поедем ли мы вечером в ледовый дворец. На что врио мне ответил, «слушай, съезди сам, проверь, если не справляются, то я сам потом поеду». Я решил поберечь нервы Матиенко и не поехал. Ну а Кобзев и не вспомнил.

У меня нет друзей в минстрое, да и с министром мы знакомы шапочно. Я знаю, что и Левченко к такой критике относится очень спокойно, бывало и похлеще. Да и Кобзев порой вызывает у меня некое сострадание что ли. Или чувство сопереживания.

Так чего же, спросит читатель, ты так завелся Пал Валерич? А я и не знаю, что ответить, может потому что не люблю, когда нас — жителей тайги — в Москве считают сибирскими валенками, провинциалами, людьми далекими и темными. Когда вместо реальной работы чиновников заваливают пустым проектом «Кобзев на связи». Когда начинают делить на свой и чужой, когда перевернутую страницу отлистывают назад и добавляют несуществующие факты, или может командировка минстроя заставила меня вспомнить грустные лица Яны и Иры, когда они узнали, что самый главный семейный праздник в году они будут встречать в Тулуне с врио Кобзевым.

P.S. Есть такая традиция — давать ураганам женские имена. У меня предложение. Ну, вы уже поняли…